Возможна ли субсидиарная ответственность детей контролирующего лица?

Верховный суд рассмотрел спор о привлечении к ответственности детей контролирующего лица должника (определение №305-ЭС19-13326 от 23 декабря 2019 года).

Суть спора

Чтобы привлечь супругов и их детей к субсидиарной ответственности, в суд обратилась ФНС.

Отец семейства был единственным участником должника и его единоличным исполнительным органом.

Должник работал по госконтрактам, оформляя на аффилированных с ним юрлиц договоры субподряда. Как было установлено налоговой инспекцией, в реальности субподряды не выполнялись, а соответствующие договоры оформлялись для получения необоснованной налоговой выгоды. В результате решения налогового органа должнику доначислили налог, пени и штрафы. Оспорить это в суде должник не смог.

Также большинство скрытых от налогообложения средств должник переводил в общество, единственным участником и гендиректором которого была его супруга.

В июне 2016 года в его отношении возбудили дело о банкротстве, в феврале 2017 года – признали несостоятельным.

В декабре 2017 года супруги подарили свое дорогостоящее имущество детям.

Налоговая служба посчитала, что совокупность этих обстоятельств позволяет привлечь всю семью к субсидиарной ответственности.

Позиции судов

В первой инстанции к субсидиарной ответственности решили привлечь только главу семейства. Однако апелляционный суд изменил это определение, включив в число привлекаемых к ответственности субъектов его супругу. Суд округа оставил в силе акт первой инстанции.

 

Мнение Верховного суда

Верховный суд указал, что суд первой инстанции и суд округа неправильно подошли к установлению субсидиарной ответственности супруги, поскольку она, помимо прочего, была руководителем и бухгалтером в обществах, с которыми заключались договоры субподряда.

При имеющихся обстоятельствах супруга также подлежала привлечению к субсидиарной ответственности в солидарном порядке.

Что касается детей, то Верховный суд согласился с нижестоящими инстанциями: на момент совершения сделок они были несовершеннолетними и не могли контролировать деятельность должника. К несовершеннолетним детям нельзя применять презумпцию контролирующего выгодоприобретателя.

• Тем не менее, родители могут использовать своих детей для сокрытия активов от предъявления требований кредиторов, совершая мнимые сделки. В силу ст. 170 ГК РФ мнимые сделки ничтожны. Однако ФНС не подала заявление о признании сделок дарения мнимыми и применения последствий их недействительности.

•  Если суд не найдет в этих сделках признаков мнимых, возможно применить ответственность по ст. 1064 ГК РФ. При этом возмещение вреда будет ограничено стоимостью подаренного имущества.

Для правильного разрешения спора его направили на новое рассмотрение.